Надя Толокно о Pussy Riot

Полиция Нью-Дели арестовала членов очередной индийской миссионерской группы по обвинению в насильственном обращении в христианство индусов. Серьезного резонанса инцидент не вызвал, однако в очередной раз дал повод поразмыслить о положении христиан в индуистском обществе.

История христианства в Индии начинает свой отсчет уже в I веке н.э., когда, согласно преданию, на Малабарском побережье современной Кералы высадился ученик Иисуса – апостол Иуда Фома. Бытует в индийской традиции и легенды о «потерянных» годах Христа, его жизни и проповеди в Индии, его семье и даже о его смерти. В высокогорном Шринагаре всем интересующимся индусы с радостью показывают скромную «гробницу» Спасителя, представляющую собой мусульманский мазар, в котором находятся святая могила и след ноги Иисуса. С относительной достоверностью можно говорить, что вся история христианства первых веков нашей эры носит мифический характер, однако начиная с IV века имеются точные исторические данные о деятельности месопотамского миссионера и торговца Фомы Каннского, прибывшего в Индию около 345 года и основавшего здесь общину сирийских христиан. Таким образом, о фактах появления христианства в Индии можно спорить, но несомненно, что христианство пришло на индийские земли задолго до его распространения на территории Европы. Возможно, именно этот факт позволил Джавахарлалу Неру однажды справедливо заметить, что «христианство такая же религия индийской земли, как и любая религия Индии». Даже государственный флаг Индии служит непосредственным графическим выражением идеи «исконности» христианской традиции наравне с другими. Шафрановая полоса на нем символизирует индуизм, зеленая — ислам, а белая — христианство. На государственном флаге — символе независимости и народного единства, — три религии равны и параллельно расположены друг другу, но сохраняется ли эта геометрическая гармония в отрыве от государственной символики и политической толерантности? Увы, нет. История XX века явила нам Индию, раздираемую конфликтами, среди которых столкновения на религиозной почве занимают первостепенное место и принимают ужасающие масштабы. Последний громкий инцидент произошел чуть более недели назад — полиция Нью-Дели арестовала членов очередной индийской миссионерской группы по обвинению в насильственном обращении в христианство индусов. Серьезного резонанса инцидент не вызвал, однако в очередной раз дал повод поразмыслить о положении христиан в индуистском обществе.

Индия — одна из многих азиатских стран, где гонения на христиан происходят периодически, постулируя, что христианство чуждо национальной культуре и несет для нее опасность. И это при том, что индийская религиозность на протяжении столетий имела, да и по сей день имеет репутацию беспрецедентной веротерпимости. Действительно, с древнейших времен в Индии находили пристанище верующие всех конфессий, ища убежища и религиозной свободы. Первые общины христиан, равно как и иудеев, прижились на индийской земле в глубокой древности. Израилем официально признано, что Индия — единственная страна, где евреи не подвергались гонениям. Религия зороастрийцев, фактически целиком уничтоженная на территории Ирана, в Индии сохранилась и процветает в лице общины парсов. В 1960 году, когда Китай занял Тибет, сотни тысяч буддистов-беженцев были смиренно приняты индийским обществом. Одним словом, можно сказать, что Индия на протяжении веков являла миру образец религиозной терпимости, традиция которой пошатнулась лишь в XX веке. В чем же причина столь резкого изменения отношения к представителям других вероучений, в частности к христианам? В прессе часто муссируется религиозные причины и конфессиональная сторона конфликта, на этом же аспекте заостряют внимание и апологеты христианства. Однако действительно ли причины столкновений носят религиозный характер или корень проблемы все же лежит в иной плоскости?

Многие христианские деятели, в частности — среди наших соотечественников, зачастую сводят индо-христианские отношения до упрощенной схемы: индусы – «дикие сектанты» и в своем невежестве не способны принять Христа. Однако рассуждать подобным образом не профессионально, особенно с точки зрения богослова. В первую очередь, говоря о конфликте религий, необходимо понимать, в какой степени об индуизме вообще можно говорить как о религии, монолитной и структурированной. Само строение индуизма предполагает возможность понять и принять любую религию. Индуизм, по сути, представляет собой семейство самых разнообразных философских систем и верований, основанных на монотеизме, политеизме, панентеизме, пантеизме, монизме и даже атеизме. Зачастую указывающие на поклонение индусов разным божествам абсолютно не учитывают, что многие хинду верят в Единого Бога, который проявляет себя посредством различных ипостасей, и что множественность этих ипостасей дает возможность каждому выбирать ту, что ближе его религиозному чувству. Это, разумеется, ни в коей мере не выявляет тождественности индуизма с религиями авраамического корня, однако означает, что индийской религиозности не чужда идея Единого в трех ипостасях Бога как непостижимого источника Бытия. Разумеется, в индуизме отсутствует идея религиозного основателя, универсальная система верований и общая доктрина. В нем нет и не может быть еретических форм, противостоящих истинной ортодоксальной вере, как и самого понятия об ортодоксии. Даже юридическое определение индуизма включает в себя наличие духа терпимости по отношению к иной точке зрения, вытекающее из признания того, что истина многогранна. Поэтому очень важно понимать, что религиозность и религия для индуса выражается не в поклонении конкретному богу, а в сложной системе символов и обычаев, основа которых четко определима в ритуально-магической сфере. Проще говоря, индуизм — это традиция и культура, система социальных норм и ценностей, определяемая религиозностью, но не религия в европейском понимании этого слова. Поэтому защита индуизма для индуса есть защита не собственной веры, которая в сути своей строго индивидуальна, а своей традиции и культуры. Вот почему индо-христианский конфликт несет в себе не религиозный, а социо-культурный аспект.

Необходимо понимать, что обращение индусов в христианство связанно с двумя волнами западной колонизации — английской на севере и португальской на юге. То, что агрессивно прозелитическая деятельность европейских колонистов сыграла колоссальную роль в индийской истории, не вызывает сомнений. Множество историков и этнологов занимались проблемой разрушения традиционной культуры под действием христианской миссии. Костры инквизиции, конфискации имущества, изгнание брахманов за пределы «христианских» территорий, политические и социальные запреты — все это было реальностью индо-христианского диалога на протяжении длительного колониального периода. Политика культурной экспансии, видимо навсегда расколовшая индийское общество на «западноориенитированую» элиту и нищую малообразованную общину, стала непосредственной причиной зарождения национально-освободительного движения. Столкновение традиционной и европейской культуры продолжило свое существование и в суверенной Индии, обретение независимости которой было омыто кровью тысяч верующих всех религий. Колониальный режим пал, но религиозная колонизация продолжалась с новой силой. Обострение межклановых отношений, социальное и политическое давление на новообращенных, рост сепаратистских отношений в ряде регионов страны, в частности, в Нагаленде — прямое следствие работы христианских миссий в Индии. По сей день особенно бурную реакцию миссионерская деятельность христиан вызывает в сельской среде общинных вождей и старейшин, которые жалуются, что молодые обращенцы часто усваивают западную «философию успеха» в ущерб традиции и культурному наследию предков. Многие исследователи истории индо-христианского конфликта заостряют внимание на проблеме неприкасаемых — далитов. Отмечено, что, стремясь улучшить свое социальное положение, многие из неприкасаемых переходят в ислам, буддизм и христианство, поскольку потенциально подобный переход открывает для них возможный путь к карьере и образованию. Тем не менее, зачастую их надежды не находят воплощения, поскольку кастовая система теперь фактически полностью существует в рамках и этих конфессий.

Разумеется, не стоит забывать и об огромном позитивном влиянии христианства на индийский социум: медицина, образование, сотни школ и больниц, общежития, приюты, дома для престарелых, десятки центров сельскохозяйственного и ремесленного развития, и это не считая огромного вклада в экономическое развитие страны. Тем не менее, именно эти «блага цивилизации» парадоксальным образом изменили цивилизацию индийскую, привив черты для нее не характерные. Идеи демократии, политической независимости, национальной и конфессиональной самоидентификации — все это произрастало и развивалось в среде европейски образованной индийской элиты. Собственно, саму идею религиозной непримиримости индусы восприняли в ходе столкновения с непреложной догматикой ислама и христианства. Таким образом, учитывая неоднозначное влияние христианства на основы индийского общества, вполне понятно, что в умах многих индусов христианство ассоциируется с колониальным режимом и идеологическим оружием Западной цивилизации. Своего рода защитой от этого влияния является крайне радикальная националистическая концепция «политического индуизма», которая сегодня с новой силой набирает обороты.

Так неужели христианство в Индии — чужая и опасная «идеология»? В первую очередь надо сказать, что христианство в Индии представлено фактически всеми имеющимися толками. Основная масса индийских христиан — католики, не менее значительна и протестантская община, и именно на долю этих конгрегаций по понятным причинам выпадает участь регулярных преследований и травли. Но есть среди христианских общин и те, что за всю долгую историю христианской проповеди в индийских землях ни разу не претерпели гонений — это Маланкарская Сирийская Православная и Армянская Апостольская церкви. В отношении последней все предельно понятно: армянская церковь национально замкнута и не представляет никакой опасности для традиционного общества Индии. Что касается древней Сирийской церкви, то и она никогда не имела конфликтов с индуистами – огромную роль в этом играет ее культурная интеграция. Священнослужители Маланкарской церкви на вопрос о религиозном мире не устают отвечать, что каждый из их прихожан по вероисповеданию христианин, но по культурной самоидентификации он хинду, никак не противопоставленный традиционному индийскому обществу — и в этом успех миссионерской политики древнейшей христианской концессии на территории Индии. Не стоит так же забывать, что абсолютное большинство индусов относится к христианам с большим уважением. Огромный процент индусов почитает Иисуса и Марию, а многие необращенные празднуют Пасху и Рождество наравне с традиционными индийскими праздниками. К священникам в Индии, как и к любому священнослужителю, относятся с большим почтением, любой воспитанный в духе традиции индус будет стоя приветствовать священника, признавая его высокий статус посредника между мирским и священным. Пожалуй, наиболее известным примером положительной инкультурации христианства в индийском обществе может служить «Орден милосердия», основанный блаженной Терезой Калькутсткой. Пример деятельности этой удивительной христианской монахини, облаченной в сари, еще долгое время будет служить образцом христианской миссии любви, сущность которой не в обращение как можно большего количества верующих, а в помощи и милосердии к каждому нуждающемуся независимо от расы, религии и национальности.

Темы: Индия, индуизм, христианство

журнал / история

Психотехники в синто

Религия патриотизма и верности

Буддизм как буддизм

Интеллигентная церковь

4 Responses to Христиане в Индии: свои и чужие

1. Людмила Артур says:

   18.12.2009 at 15:31

   вообще-то, орден Матери Терезы называется “Миссионеры милосердия”. и если внимательно почитать устав ордена, то окажется, что приоритет всегда ставился на миссионерстве, а не благотворительной деятельности. причём теологический базис миссионерской и благотворительной деятельности может шокировать непосвящённых: своими страданиями мы и люди, которым мы помогаем, облегчаем страдания Христа на кресте. и Миссионеры милосердия должны утолять жажду Христа в душах и любви.
   многие способы медицинской помощи, оказываемой орденом, весьма сомнительны с медицинской и этической точек зрения. это помощь годов 40-х.
   Мать Тереза чуть ли не единственная, о ком знают на Западе. тем не менее, в Индии полно других социальных работников, оказывающих более эффективную помощь бедным.
   к тому же, многие индусы недовольны тем, что из-за неё на Западе сформировалось неправильное мнение о Калькутте и стране вообще.

   Ответить
   • Горячева Ирина says:

     23.12.2009 at 01:33

     Именование организации, основанной Терезой Калькуттской, Орденом милосердия носит весьма расхожий характер в СМИ, название «Миссионеры Милосердия» будет действительно более правильно.
     Что касается устава ордена, то я с большим интересом ознакомилась бы с этим документом, в частности для того, чтобы подробнее ознакомиться с «теологическим базисом миссионерской и благотворительной деятельности». Однако «с кондачка» устав ордена мне найти не удалось, буду признательна, если сможете мне помочь его раздобыть.
     То, что мать Тереза не единственная из «социальных работников, оказывающих более эффективную помощь бедным» – неоспоримый факт, но речь не о них, а о деятельности блаженной Терезы, подчеркиваю, как о «наиболее известном примере положительной инкультурации христианства в индийском обществе». Кстати, мне лично интересно, каков будет ответ, если спросить у «социальных работников» деятельность кого из их предшественников на поприще благотворительности в Индии являет им пример для подражания и вселяет наибольшее уважение? Не хочу сказать, что ответ очевиден.
     Что касается того, что «многие индусы недовольны тем, что из-за неё на Западе сформировалось неправильное мнение о Калькутте и стране вообще»; представьте себе ситуацию некого благодетеля, который на весь мир протрубит о страданиях и нищете, к примеру, обитателей российских вокзалов и будет изо дня в день приковывать внимание общественности к судьбам несчастных… Думаю, что реакция россиян последует незамедлительно, что-то вроде: «неужто в России больше и обсудить нечего кроме как бомжей и алкоголиков»… Тем не менее, упрек в навязывании западному обществу неверного видения Индии – верхушка айсберга. В отношении матери Терезы выдвигались куда более провокационные и жесткие обвинения, как со стороны радикальных индийских националистов, так и со стороны европейских публицистов (яркий пример Кристофер Хитченс и его книга «Миссионерская позиция: теория и практика матери Терезы»). Данные нападки, тем не менее, на мой взгляд, нисколько не умоляют достоинств этой воистину благодетельной женщины, которая, несомненно, сыграла созидательную роль в истории индо-христианского диалога.

     Ответить
2. Александр Люлька says:

   18.12.2009 at 16:43

   На первой фотке явно католик.
   А вообще-то за такие дела положено анафематствовать )))

   Правило 73-е шестого Вселенского собора гласит следующее:

   “Поелику Животворящий Крест явил нам спасение, то подобает нам всякое тщание употребляти, да будет воздаваема подобающая честь тому, чрез что мы спасены от древнего грехопадения. Посему и мыслию, и словом, и чувством поклонение ему принося, повелеваем: изображения Креста, начертываемыя некоторыми на земле, совсем иглаждати, дабы знамение победы нашея не было оскорбляемо, попиранием ходящих. Итак, от ныне начертывающих на земли изображение Креста повелеваем отлучити”.

   А лик Христа топтать типа нормально… дикари, варвары…

   Ответить
3. Горячева Ирина says:

   23.12.2009 at 02:15

   Не нормально. Не стану вдаваться в полемику об относительности терминов “дикость” и “варварство”, точно так же не стану конструировать религиозное сознание художника рисующего на асфальте Иисуа.

   Ответить

реклама