Навальный о государственной религии

Особое место в современной, в том числе и религиозной, культуре Японии, как и много веков назад, занимают всевозможные базары, многие из которых относятся к разряду «благопожелательных», «счастливых». Они – неотъемлемая часть жизни современных японцев, по-прежнему в большинстве своем верных исконным религиозным, прежде всего. синтоистским традициям.

«Счастливые» базары неравномерно распределены по месяцам года и сконцентрированы в основном в периоде октябрь – январь, что демонстрирует их привязанность к завершению старого года и началу нового, времени, которому в культуре и религии всех народов мира всегда придавалось особое значение. Даже сегодня практически все японцы отправляются на такие базары, чтобы приобрести «счастливые символы года» – нередко весьма специфические предметы, такие как украшенные разными «атрибутами счастья» небольшие грабли, новогодние украшения из рисовой соломы, сосны и бамбука и прочее. Таких счастливых атрибутов довольно много, и каждый из них призван даровать здоровье, счастье, благополучие в семье или успехи в учебе и делах в наступающем году.

В Японии культура базаров всегда была связана с храмами, прежде всего, синтоистскими, потому что на определенном этапе сложился именно синтоистский культ Бога Базара, именуемого по-японски Итигами, который существует до сих пор. Это божество было призвано способствовать удачному проведению базара и оберегать его. Интересно, что в представлении японцев это могло быть как женское божество, так и мужское, хотя в большинстве случаев указывалось на исключительно женскую ипостась Бога Базара. Это объяснялось тем, что главным Божеством Базара почитается богиня Итикисима-химэ-но микото, местом пребывания которой считается синтоистский храм Ицукусима-дзиндзя на известном острове Миядзима (преф. Хиросима). Надо заметить, что в пантеоне японских синтоистских богов эта богиня занимает особое место, так как по мифологической генеалогии является, по сути, дочерью главной богини синтоистского пантеона – Богини Солнца Аматэрасу.

Конечно, в Японии есть, и к тому же в большом количестве, обычные базары, сведения о которых сохранились еще в мифологическом своде VIII в. «Нихонсёки» («Анналы Японии»). Сейчас базары в Японии называют, как и прежде, словом ити, однако используют для этого иероглиф, имеющий также значение «город». Такая иероглифическая трактовка утвердилась примерно с XVIII в., когда базары, существовавшие и прежде, получили повсеместное распространение и стали неотъемлемой частью жизни горожан.

Каждый из ныне существующих в Японии и проводимых ежегодно «счастливых» базаров по-своему знаменателен и интересен. И в этом ряду свое достойное место занимает базар «О-тори-сама» (букв.«Госпожа Курица»), который каждый год проходит в г. Урава (преф. Сайтама) в 12-ый день 12-го месяца.

Свое название этот базар, как и другие подобные, получил оттого, что традиционно такие базары проводились в дни Курицы в одиннадцатом лунном месяце (что соответствует двенадцатому месяцу – по солнечному). Как известно, счет по животным издавна велся в Японии не только при счислении календарных годов, но также и при счислении дней месяца и даже часов в течение суток. В одиннадцатом месяце (как и в других месяцах, но там это не имело особого значения), было, как правило, два дня Курицы, и соответственно проводилось два базара – «Первая Курица» и «Вторая Курица». Случалось, что в отдельные годы дней Курицы оказывалось три, что считалось неблагоприятным фактом. Существовало поверье, что если в одиннадцатом месяце будет три дня Курицы, придет холодная зима, а значит случится много пожаров.

Что касается выбора именно одиннадцатого месяца, то он традиционно понимался как время сбора урожая и вознесения благодарности богам за полученный достаток. При этом именно одиннадцатый месяц как никакой другой был близок к началу нового календарного цикла и, по сути, являл собой пограничье между «прошлым» и «будущем», что и определяло его обрядовую направленность. В этом месяце повсеместно проводились обряды как благодарения за урожай, так и обряды подготовки к новым земледельческим работам. Как большой праздник урожая и возник в свое время известный сегодня Базар дня Курицы.

Фото: www.gojyaku.com

В г. Урава центром проведения этого базара издавна был и остается до сих пор удивительный во многих отношениях синтоистский храм под названием Цуки-дзиндзя (или Цукиномия-дзиндзя).

Сегодня слово «цуки» в названии храма записывается иероглифом со значением «улаживать, устраивать, приводить в порядок». При этом упомянутый иероглиф, как представляется, вообще не имеет чтения «цуки», и в любом книжном издании при иероглифическом написании названия храма чтение первого иероглифа как «цуки» подписывается азбукой – иначе даже японцы затруднятся прочесть это название правильно. Согласно иероглифической трактовке название храма может пониматься как «Храм соглашения, улаживания дел». И это, безусловно, соответствует его мифолого-религиозному назначению. Ведь это храм богини Солнца Аматэрасу и бога ветра Сусаноо – верховных богов японского синтоистского пантеона.

Однако фонетически название храма имеет совершенно иное значение. «Цуки» – это «луна». А сочетание «цуки-но мия» в одном из вариантов названия храма должно пониматься как «Дворец (Покои) Луны». И тогда храм называется «Храм Покоев Луны». Такая трактовка должна напомнить о Боге Цукиёми – брате богини Солнца Аматэрасу и бога ветра Сусаноо, который, согласно японской мифологии, был рожден вместе с Аматэрасу и Сусаноо и почитался как Бог счета лун, обитая на ночном небе. На незримое присутствие бога Цукиёми нередко указывается при описании храма. Хотя есть и другое объяснение. Когда-то, в мифологические времена, сюда из главного храма богини Аматэрасу в Исэ прибыла богиня Яматохимэ-но микото, которая была близка самой Богине Солнца, с целью собрать дань – мицугимоно. Она построила амбар, куда стали приносить рис нового урожая. Место это назвали сокращенно мицуги («храмовый налог», «дань храму»), и лишь потом оно, претерпев некоторые фонетические изменения, превратилось в цуки, что и дало название храму. В этом случае храм Цуки-дзиндзя – это «Храм дани».

Храм этот знаменит и так называемыми «Семью чудесами» (нанафусиги). Этим термином в японской традиционной культуре принято называть собранные в одном месте или на небольшой территории города и храма семь удивительных явлений религиозного и природного характера. Что же касается Семи чудес этого храма, то они и на самом деле удивительны. Во-первых, в этом храме отсутствуют ворота-тории, без которых невозможно себе представить ни один синтоистский храм. Если верить древнему преданию, то все та же богиня Яматохимэ-но микото, дабы удобнее было вносить богатый урожай риса, повелела убрать и ворота-тории, и вообще все ворота в храме. Эта традиция сохраняется – на территории храма нет никаких ворот. Во-вторых, на территории Цуки-дзиндзя не растет ни одной сосны. Это реальный факт, но объяснение вновь возвращает нас к событиям мифологической старины. Известно, что главным синтоистским храмом префектуры Сайтама по праву считается храм Хикава-дзиндзя в г.Оомия. В этом храме почитают бога ветра Сусаноо и его прекрасную супругу Кусинада-химэ. Так вот, рассказывают, что когда-то бог Сусаноо отправился в свой храм Хакава-дзиндзя в Оомия и долго не возвращался в храм Цуки-дзиндзя, где его ждала богиня Аматэрасу. Рассерженная Богиня Солнца воскликнула: «Не люблю ждать!», произнеся при этом глагол «мацу» – «ждать». Однако слово «мацу» омонимично и имеет в японском языке также значение «сосна». То есть фраза, произнесенная Аматэрасу, могла быть понята и как «Не люблю сосны!». В тот же момент иголки у стоящих вокруг сосен осыпались, а потом и сами деревья неведомым способом исчезли. Но поразительно другое. Помня негодование Богини Солнца, и сегодня на новый год в храме и его окрестностях не ставят у ворот домов кадомацу с ветками сосны. Поясним, что кадомацу (букв. «сосна у входа») – это традиционное новогоднее украшение, которое устанавливают по обе стороны от входа: к высоким стеблям бамбука привязывают ветви сосны или маленькие сосенки. Сосна и бамбук вместе символизируют долголетие и стойкость. Так вот в храме Цуки-дзиндзя традиционных кадомацу нет. У входа в храм и в окрестных домах выставляют только стебли бамбука.

Третьим чудом храма называют храмовый пруд. Говорят, что если в нем заводится рыба, она всегда одноглазая. Еще одно чудо – зайцы! Эта особенность храма Цуки-дзиндзя вновь напоминает о вероятной связи храма с луной, на которой обитает заяц. Лунный заяц, как известно, знает секрет вечной жизни и толчет в ступе порошок бессмертия. Легенда о лунном зайце никогда не была связана с синтоизмом, а пришла из Китая, где особо почитался культ Луны. Однако эта легенда не только прижилась на японской почве, но и получила особую популярность. В храме Цуки-дзиндзя с зайцами связано все. Прежде всего, каменные изваяния зайцев установлены при входе на территорию храма. Там, где в любом другом синтоистском храме должны сидеть собако-львы. Изображения зайцев можно увидеть и на украшениях фонарей, на амулетах и на табличках-эма, на которых принято писать свои просьбы богам, а затем вывешивать на особые стойки в храме. А маленького керамического зайчика с прикрепленной на спинке золотой монеткой каждый считает почти обязательным приобрести во время базара 12-го дня 12-го месяца. Добавим, что в этих местах никогда не убивали зайцев и не ели заячьего мяса. Если же такое случалось, человека ждало серьезное наказание.

Пятым чудом этого храма считается до сих пор дерево-кэяки (дзэльква пильчатая), растущее на границе храма. Издавна оно почитается священным, помогающим роженицам. Сохранилось предание о том, что когда-то достопочтимый Нитирэн, направляясь в ссылку на остров Садо, проезжал мимо этого места и увидел неподалеку женщину в родовых муках. Нитирэн слез с лошади и привязал лошадь к дереву-кэяки, торопясь позвать кого-нибудь на помощь. Но вдруг над деревом появился яркий свет, и затем явно проявилась мандала. И в тот же миг женщина разрешилась от бремени и родила здорового мальчика. Здесь мы без труда видим пример синто-буддийского синкретизма.

Радость шестого и седьмого чуда прихожане ощущают до сих пор. По какому-то неведомому запрету на территорию храма никогда не залетают мухи, а летом, даже в период «комариных свадеб», там нет комаров.

И вот в этом удивительном храме каждый год в 12-ый день 12-го месяца проходит базар О-тори-сама. Понятно, что купить новогоднее счастье именно в этом храме стремятся многие, потому приезжают из самых разных мест, независимо от того, на какой день недели выпало 12-ое число. Зная это, устроители базара готовятся к нему с особой тщательностью. Уже от самой станции Урава тянутся лавочки с угощениями и товаром, хозяева которых наперебой зазывают все пребывающих гостей. Указатели, объясняющие дорогу к храму, не нужны – попав в людской поток, уже через пятнадцать минут оказываешься у входа в храм, границу которого из-за отсутствия синтоистских ворот-тории можно определить лишь по каменным изваяниям зайцев, нежно обнимающих своих зайчат.

Конечно, по богатству и разнообразию ассортимента базар в Урава не может и сравниться, например, с Базаром Курицы в Токио. Но здесь, как и на других базарах такого рода, тоже продают украшенные грабли. Но не огромные, богато декорированные, а очень небольшие, размером с кисть руки. Называются они каккомэ. Они выполнены из бамбука, а из украшений на них лишь колосок с тяжелыми зернами риса и золотая ленточка, символизирующая богатство. Грабельки все одинаковы, и подобрать какие-то особые благопожелательные символы нельзя. Интересно также, что продают эти грабельки не в торговых рядах и торгуют ими не продавцы-зазывалы. Каккомэ можно приобрести исключительно в храмовой лавочке, там, где обычно продают храмовые амулеты и все, связанное с синтоистским культом. Продают их сами служители храма, что, безусловно, свидетельствует о том, что на этом базаре грабельки-каккомэ считаются не только важным символом процветания и богатства (рис и золотая тесьма), но и особым даром верховных синтоистских богов, освещенным их благосклонностью.

Вообще базар в Ураве выполняет важную функцию в системе новогодних японских базаров – он призван дать надежду на счастье в новом году и исполнение самых сокровенных желаний, а будучи освященным столь удивительным храмом, приобретает особое значение. А о том, что это «благословение» необходимо японцам свидетельствует большое число людей, стремящихся посетить синтоистский храм Цуки-дзиндзя в преддверии наступления нового года.

Метки: мифология, синто, Япония

журнал / места

Религия патриотизма и верности

Буддизм как буддизм

Интеллигентная церковь

Норвежский синдром

реклама