«Мы не мессии, но, может быть, Pussy Riot – знак нового времени в духовной истории человечества»
Общественная палата РФ предложила пересмотреть отношение к музейным предметам религиозного назначения, придать им особый статус, законодательно определить процедуру передачи – как на постоянное, так и на временное хранение. Об этом говорится в официальном письме, которое секретарь Палаты Евгений Велихов направил в пятницу спикеру Госдумы РФ Борису Грызлову. Предложение родилось в недрах ОП после того, как древняя икона Торопецкой Богоматери была передана из Русского музея в храм при элитном поселке “Княжье озеро”. Евгений Велихов пишет о необходимости обсудить возможные поправки в Федеральный закон “О музейном фонде и музеях РФ” при участии представителей РПЦ и других религиозных организаций, музейного сообщества, реставраторов и экспертов.
Предложение ОП своевременно: до сих пор каждый конкретный спор между Церковью и музеями федеральные или региональные чиновники (а подчас и руководство музея – в обход мнения профессионалов) решали произвольно. Необходимость объективного механизма, регулирующего эти споры, очевидна. Не вполне очевидно, в то же время, что этот механизм породит Государственная дума, самостоятельность которой весьма сомнительна, а инициатива ограничена. Трансформированный закон может появиться в ближайшие годы. Однако он скорее всего будет спущен в Думу сверху – и вовсе не факт, что изменения в законе станут результатом дискуссий и консультаций. При благоприятном развитии событий новый механизм станет результатом желания найти компромисс между двумя небезразличными государству структурами. При неблагоприятном развитии событий изменения в закон будут приняты конъюнктурно – в этом случае Церковь получит преимущество.
Предложение ОП РФ является своеобразным откликом на резонансное сообщение в СМИ о передаче древней иконы из фондов Русского музея в пользование приходской общины МП РПЦ в сельском поселении Павло-Слободское Истринского района Московской области.
Возможно, что данная инициатива Общественной Палаты действительно послужит тому, что проблема по крайней мере будет обсуждаться и привлечёт внимание общественности. К чему это приведёт? Ну, может быть к тому, что в последующем чиновникам будет сложнее принимать произвольные решения в обстановке “шитости-крытости” в каждом конкретном случае передачи/непередачи.
В качестве примера можно, наверное, привести обсуждение “Где место для икон – в храме или музее?”, состоявшееся 9 декабря.
Гости в студии: Юлия Демиденко, заместитель директора Государственного музея истории Санкт-Петербурга по научной работе;
Священник Александр Берташ, член архитектурно-художественной комиссии СПб Епархии;
Юрий Бобров, доктор искусствоведения, профессор, член-корреспондент Российской Академии художеств им. И.Е.Репина;
Александр Казин, д.ф.н., зав. кафедрой истории Института кинематографии;
Гость в московской студии – Александр Чуев, президент фонда «Справедливая помощь». Посмотреть можно здесь:
http://www.tv100.ru/video/view/21753/
Станислав, вот эта фраза в Вашем тексте “При благоприятном развитии событий новый механизм станет результатом желания найти компромисс между двумя небезразличными государству структурами”,- требует уточнения на мой взгляд. Потому что одна из структур, ИМХО, конечно, в большей степени небезразлична государству, хотя формально и отделена от него. И если изменения в закон будут приняты конъюнктурно, то фактическое преимущество Церкви просто будет закреплено законом.
И тогда бессильным гласом вопиющего в пустыне можно будет считать открытые письма музейных работников министру культуры РФ А.А. Авдееву и начальнику департамента культурного наследия Р.Х. Колоеву, посокольку в них уже нельзя будет ссылаться на силу закона.
Это сейчас пока ещё сотрудники музея-заповедника «Рязанский кремль» в своём письме министру культуры могут открыто говорить о том, что “передача древней иконы из фондов Русского музея в пользование приходской общины МП РПЦ прямо нарушает законодательство”:
http://portal-credo.ru/site/?act=news&id=74971&cf=
“А что дальше, Дава? Что дальше?” (с) т/ф “Ликвидация”. Вот именно, что дальше, если уже сегодня стало возможным кадровое решение министерства культуры, в результате которого директором Соловецкого музея-заповедника был назначен настоятель Соловецкого монастыря?
В своём письме сотрудники «Рязанского кремля» выразили недоумение в связи с данным кадровым решением. Они обращают внимание министра культуры на то, что “Недоумение вызывает и кадровое решение министерства, когда во главе Соловецкого музея-заповедника – крупного федерального музея, объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО, ставится непрофессионал, без опыта музейной работы, к тому же представляющий организацию, имеющую к музею серьезные имущественные претензии”. Конец цитаты.