«Мы не мессии, но, может быть, Pussy Riot – знак нового времени в духовной истории человечества»
Религиоведу Елене Демидовой в составе экспедиции Центра изучения религий РГГУ в Татарстан удалось встретиться с представителями общины файзрахманистов .
На окраине Казани, на Торфяной улице, в небольшом доме с минаретом и полумесяцем уже несколько лет живет группа последователей Файзрахмана Саттарова, объявившего себя посланником Аллаха. Всего в общине около сорока человек. Они называют себя «истинными мусульманами», а свои семь соток – «землей Аллаха». Файзрахманисты не пускают к себе посторонних, однако с любопытством разговаривают с гостями за воротами.
Община отказывается от лечения и образования и не признает светских законов. У них есть свои паспорта и свой черно-зелено-белый флаг. Обвиняя остальных мусульман в чрезмерной роскоши и упрощении религиозных правил, сами файзрахманисты живут очень скромно: одежда ветхая, некоторые дети выглядят болезненно. Несколько детей не понимают по-русски: внутри общины обучение ограничивается арабским языком и элементарными предметами. Они не отмечают большинство мусульманских праздников и запрещают любые развлечения. Мужчины отрицают, что пользуются телевизором и интернетом, хотя одна из женщин об этом проговорилась.





Община живет в соответствии с указаниями Саттарова, который регулярно получает божественные откровения. Они являются источником вероучения файзрахманистов наравне с Кораном и Сунной. Как считают члены общины, на их участке находится и главная исламская святыня Кааба, поскольку так предвиделось во сне председателю общины. Сам Саттаров в советское время получил религиозное образование и занимал высокие посты в духовенстве. Объявив себя пророком, он автоматически разорвал связи с официальным исламом, который считает Мухаммада последним пророком.








Александр Архангельский о духовных поисках интеллигенции в СССР в 70-х и 80-х годах
Трудности и перспективы афроамериканского мусульманского хип-хопа
10 фактов о религии «садовников Господа»
Борьба за равноправие студентов-геев развернулась во многих христианских колледжах США
Буря в стакане.
Это мне напоминает историю со строителями-аумовцами, которых как-то обнаружили в одной из владимирских деревень. Сразу же пошел весь журналистский комплект: “секта”, “власти”, “пронозы” etc.
Какой смысл, Елена, делать из сорока человек – движение, пусть даже и в исследовательских целях?
P.S. Вспоминаю известную антисектоведческую пародию по поводу “чёрных толкиенистов”…
Павел, я никоим образом не пытаюсь сделать из файзрахманистов “бурю” и движение. А слово секта порядочным религиоведам с недавних пор вообще говорить не пристало:)
Я, напротив, подчеркиваю, что это одиночная замкнутая община (хотя по их словам, которые сложно проверить, есть общины и в других городах). О движении, хотя совсем не в такой форме, можно было говорить в 80-е, когда с приходом Таджутдина старое мусульманское духовенство (в том числе “новоявленный пророк” Саттаров) было смещено и подалось кто куда.
Моей целью было немного передать образ жизни файзрахманистов. Все сведения получены исключительно из разговора с ними. Что до властей, то они действительно пытались вмешаться, т.к у членов общины были проблемы с документами, лечением и прочим. Сейчас шумиха утихла, но община осталась, в каких бы категориях мы ее ни рассматривали.
Елена, спасибо за корректный ответ.
Термин “секта” совершенно нормален в контексте социологии религии.
Абсолютно согласна. Просто ему часто изначально придается негативное значение. Что досадно, т.к всегда приходится искать более нейтральный термин.
Олег, мусульманами, прежде всего, они сами себя называют. А официальное духовенство, разумеется, объявило их вне ислама. Кто они и как к ним относиться – вопрос сложный и в большой степени личный, если их действия не будут противоречить законам.