Tag Archives: эсхатология

…И ТОСКА ПО ГОСУДАРЮ

…И тоска по государю

Актуальная эсхатологическая проблематика, которая в последнее время затронула и секулярную среду, давно и прочно укоренилась в среде православной. В особенной степени это касается той специфической православной субкультуры, которую А. Тарабукина называет «прихрамовой средой», а Н. Митрохин – «церковными людьми». Не каждый воцерковленный человек относится к этой субкультуре; в первую очередь прихрамовая среда – это образ жизни и стиль мышления, который заключается в живой религиозности, перманентном поиске благодати, «жизни в округе храма», паломнических поездках и посещениях старцев. Эта среда продуцирует сложный и пестрый мета-нарратив, который выходит далеко за ее пределы, так что даже не вполне воцерковленный православный рано или поздно узнает о проблеме ИНН, микрочипов, «мирового паспорта», «жидов», «мировой закулисы» и прочих вещах, связанных с новейшим эсхатологическим фольклором.

Именно в этой среде в начале 90-х гг. прошлого века возникло царебожие – учение о божественном статусе русского царя, основанное на традиции сакрализации царской власти в России. Оно унаследовало эсхатологизм «церковных людей» конца XIX – начала ΧΧ в., воплощением которого стал сформировавшийся после поражения в Крымской войне (1853-1856 гг.) мессианский миф «Святой Руси», противоборствующей «темным силам», представленным в образе коллективной личности врага. Православные публицисты начала XX в. произвели синтез этого мифа с теорией официальной народности, в результате чего «Святая Русь» стала немыслима без православного царя.

Переломным моментом в истории царебожия, которое поначалу распространялось через проповедников – мирян, стал выход книги митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна (Снычева) «Самодержавие Духа», впервые изданной в 1994. В этом историософском труде история представлялась как противостояние двух начал: благой власти русского царя и попущенной Богом власти «темных сил». В ней впервые была предпринята попытка ревизии русской истории – в первую очередь, в отношении Ивана Грозного, который не только не соответствовал стереотипному образу «тирана», пропагандируемому врагами России, но и был показан как благочестивый, практически святой правитель. Концовка книги была открытой: власть, которая по праву должна принадлежать богопомазаннику, в 1917 г. была у него отнята слугами Антихриста и остается в их руках до сих пор.

Грядущий Царь (также – Белый Царь, Последний Царь, Царь-Победитель) – последний царь будущего, в скорое пришествие которого верят царебожники — является своеобразным ответом на эту открытую концовку: история должна быть завершена, власть должна быть отнята у слуг Антихриста и возвращена русскому царю. К. Чистов пишет о том, что кризисные периоды русской истории (например, начало XVII в) нередко были отмечены возникновением в крестьянской среде легенд о царе-избавителе, миссия которого состоит в национальном освобождении. Существует два типа социально-утопических легенд: это религиозно-мессианские легенды о «спасителях» и социально-политические легенды о «возвращающихся царях (царевичах) избавителях». Грядущий Царь, «рожденный» в царебожии в условиях социальной травмы, связанной с распадом СССР и разочарованием в новой России, является синтезом этих двух образов: с одной стороны, очевидны его мессианские функции, с другой – его социально-политическая роль.

С середины 90-х было создано несколько концепций, призванных осмыслить образ Грядущего Царя в контексте универсальной православной эсхатологии и эсхатологического фольклора прихрамовой среды. Из их авторов следует упомянуть В. Кузнецова, Р. Сергиева, А. Родионова, а также «опричников» А. Елисеева и Н. Козлова. Все они основаны на одних и тех же источниках и представляют собой инвариант одной схемы. Из источников следует назвать два основных: это экзегеза Священного Писания с отнесением к Царю всех мессианских образов, которые традиционно не относят к Христу (например, Льва из 3Езд., всадника на белом коне из Откр. или «Михаила, князя великого» из Дан.) и пророчества русских святых — Серафима Саровского, Лаврентия Черниговского, Пелагеи Рязанской, Кукши Одесского и других. Из этих данных, как из кусочков мозаики, складывается полнокровная картина эсхатологического будущего.

Образ Грядущего Царя имеет ряд универсальных характеристик, общих для всех концепций. Во-первых, не подвергается сомнению его принадлежность к роду Романовых, которая будет означать действительность его мессианских притязаний. Во-вторых, он уже рожден, но будет скрыт до некоторого времени, которое русские люди могут приблизить или отдалить. В-третьих, Царь будет явлен через его предтечу, воскресшего Серафима Саровского, и, наконец, в-четвертых, его роль – национальное освобождение и восстановление православного Царства, которое будет осуществлено после победы над Антихристом. Царство Грядущего Царя просуществует некоторое время (по Кузнецову – 2 года и 8 месяцев) до Второго Пришествия и Страшного Суда.

Кто?

При рассмотрении вопроса о том, кто спасется, следует уточнить, что собой в монархической эсхатологии представляет «спасение»: это возможность остаться в Царстве Грядущего Царя после его победы. Спасутся лишь те представители славянских народов, кто был верен царю, по выражению Р. Сергиева — «малое стадо», а все «враги» — в том числе «жиды» и неверные архиереи РПЦ МП — будут либо казнены, либо высланы за пределы Царства, во владения Антихриста. В. Кузнецов предлагает любопытную трактовку образа «гога и магога» из Откр.: это соответственно славяне и русские, которые на момент написания Откровения были врагами Христа, а теперь стали Его избранным народом. Существует и более оптимистическая версия, которой, однако, придерживаются немногие: по А. Родионову, Царство распространится по всему миру, и крестившиеся в полном составе китайцы станут воинством Царя, с помощью которого он освободит от ига Антихриста все народы.

Существует ряд дополнительных и условных критериев спасения, характерных для мифологии прихрамовой среды в целом. В первую очередь, это непринятие различных эквивалентов печати Антихриста. Оно может быть как прямым – отказ от российского (советский спасению не препятствует) или «мирового» паспорта, чипов, электронных карт, ИНН, так и косвенным – например, непосещение приходов «неистинной» РПЦ МП, которые приняли ИНН и потому являются как бы «запечатанными». В связи с тем, что аналогом печати в православном фольклоре часто считается чип, такие храмы могут называться также «чипированными».

В «опричной» версии царебожия, которая склоняется к традиционализму и фашизму, сотериологическая выборка осуществляется двояким образом: во-первых, существует «опричный остаток» — собственно опричные братства, например, «Санкт-Петербургское православное опричное братство благоверного царя Иоанна Грозного», или «Опричное братство св. прп. Иосифа Волоцкого», которые представляются как воинство Грядущего Царя и образ ангельского воинства. Во-вторых, спасшиеся будут избраны согласно «принципу Крови», который понимается, согласно А. Елисееву, как «единство духовного и биологического». В рамках этой парадигмы предлагается тезис о единстве расы и религии, принципиально важный для обоснования тождества «арийства» и православия. Таким образом, спасутся только истинные православные, т. е. «арийцы».

Когда?

В ситуации актуальной эсхатологии ее реализация предполагается уже при жизни нынешнего поколения, что справедливо и для царебожия; впрочем, в отношении «сроков» есть ряд нюансов. Во-первых, Грядущий Царь уже жив, и уже немолод: сейчас ему около шестидесяти лет со всеми вытекающими отсюда последствиями: сложно представить себе мессию старше семидесяти пяти. Во-вторых, верующие чутко прислушиваются к противоречивым прогнозам старцев, согласно которым мировая война начнется с 2013 по 2017 гг., а пришествие Грядущего Царя состоится, соответственно, с 2014 по 2018 гг. Важно отметить, что «старцы» здесь — не конкретные личности, такие как схиархимандрит Илий (Ноздрин), архимандрит Петр (Кучер) или иеросхимонах Рафаил (Берестов), а собирательный образ духовного авторитета, который невозможно редуцировать к списку имен.

Существует ряд условий, при исполнении которых можно, согласно одним данным, сделать возможным в принципе, согласно другим – приблизить пришествие Грядущего Царя. Во-первых, это соборное покаяние русского народа в грехах цареубийства или цареотступничества (виновность русского народа в убийстве Николая II – один из самых оспариваемых тезисов внутри движения). Покаяние реализуется как на индивидуальном уровне, так и на соборном – например, на Чинах Всенародного Покаяния, проводимых в с. Тайнинском Московской обл. с 2001 г. Во-вторых, это прославление Николая II в лике святости «искупитель». В-третьих, молитва о даровании Царя на литургиях по Царскому Чину, которые ведутся по дореволюционным, «неискаженным» служебникам с молитвой о царской власти и поминовением царей.

После того, как РПЦ МП в начале 2000-х гг. прославила последнего российского императора в лике «страстотерпцев», царебожие в основной своей массе окончательно отреклось от нее, заклеймив «неистинной» церковью, обвинившей русский народ в том, что на самом деле совершили «жиды» (лик «страстотерпец» предполагает принятие смерти «от своих»). Поскольку и на покаяние МП, и на исправление лика святости почти никто уже не надеется, понятие «русский народ», как и «Земная Воинствующая Церковь» относится только к «малому стаду» — самим царебожникам, в среде которых эти условия становятся исполнимыми.

Итак?

Эсхатология царебожия формировалась и продолжает формироваться как принципиально плюралистическая система с несколькими аксиомами, которые дополняются некоторым количеством теорем; впрочем, набор аксиом зависит от позиции конкретного автора. К примеру, если веру в Царя-победителя разделяют все, то грядущее истребление архиереев РПЦ МП должно еще быть доказано, и чаще всего доказывается через предоставление списка их ересей (цареборчество, имяборчество, папизм, экуменизм) или через тот факт, что они помажут на царство Антихриста. Авторы, вопреки всему идентифицирующие себя с РПЦ, находят пути для сохранения ее позитивного статуса, например, посредством «чистки рядов» Грядущим Царем, в результате которой в ней останутся только «верные». Ввиду того, что не существует двух «верных», во всем согласных друг с другом, чаще всего для консолидации достаточно лишь пары основных тезисов, хотя и нередки случаи расхождений, провоцирующих расколы внутри самого движения. Характерным для царебожия является сочетание предельной чуткости в отношении «ереси» и плюралистической трактовки собственного вероучения, предполагающей возможность различных мнений по второстепенным вопросам и задающей масштаб для индивидуального творчества.

Вуди Аллен

Вуди Аллен об эсхатологии

«Можно утверждать, что Вселенная состоит из некой субстанции, которую мы назовем «атомами» или еще «монадами». Демокрит называл ее атомами. Лейбниц – монадами. По счастью, эти двое никогда не встречались, иначе они затеяли бы на редкость скучную дискуссию. Эти частицы были приведены в движение некоей причиной, или основополагающим принципом, а может быть, на них просто что‑то упало. Главное, теперь тут ничего уже сделать нельзя, разве что попробовать съесть побольше сырой рыбы. Все это, разумеется, не объясняет бессмертия души. И ничего не говорит нам о загробном существовании или о том, почему моему дяде Сендеру все время казалось, будто его преследуют албанцы. Continue reading Вуди Аллен об эсхатологии