Tag Archives: искусство

«Койот: я люблю Америку и Америка любит меня»

Призыв к альтернативе

Йозеф Бойс был художником, а потому нет ничего странного в том, что он был еще шаманом и политиком.

С Бойсом случилось приблизительно тоже самое, что случается с героями русских сказок: Иван-дурачок, миновав портал в виде Избушки на курьих ножках, отправляется в приключение, которое оказывается на самом деле встречей с иным миром, и возвращается из него преображенным и напитанным потусторонними знаниями. После падения немецкого военного самолета в Крыму, в котором находился Бойс, его несколько дней выхаживали местные татары, обмазав жиром и завернув в войлок. Это и есть пребывание в ином мире, по возвращении из которого у художника начинается другая жизнь.

Ритуал по спасению Бойса был совершенно необходим для его биографии в качестве мессии от искусства – он позволил художнику, невольно (указание на избранность) поучаствовавшему в нем, «официально» закрепить за собой статус провозвестника некой объективной (пришедшей из иного мира) истины. Эти литературные разговоры вокруг – обязательный миф, без которого, как показывает история, невозможно открытие связи с высшими силами. В реальности же после окончания Второй Мировой Бойс переживает жесточайший кризис, порожденный ужасом осознания правды фашизма, разрушительными последствиями войны и невозможностью найти себя как художника.

Йозефа Бойса вообще многое связывает со своеобразным «проговариванием» и «прописыванием» искусства. Художнику не хватало уже сложившихся знаков, форм и дискурсов, и он трудился над созданием собственного языка, который помог бы выразить его идеи и мысли по преобразованию человека и общества. На выставке в ММСИ это можно проследить из складывающего впечатления, будто стены выставочного пространства исписаны. Это графика художника. Почти каждый лист – уменьшенные образы наскальной живописи. Очертания тюленей, оленей, цветовые бесформенные пятна, графические линии, элементы коллажа. Но эти «слова», идеограммы, магические символы, невозможно прочитать. Это своего рода коды, фрагменты того самого иного мира. Не просто субъективные и умозрительные бойсовские образы, а те, которые были инспирированы его выходящим за границы реальности мистическим опытом.

Выставка – свидетельство жизни художника. Но создается ощущение нерукотворности, будто произведения в витринах и рисунки на стенах не имеют автора, будто эти вещи порождены искусством как таковым или каким-то неизвестным автором, а не конкретным всеми известным художником. Это «вещи в себе», закрытые для понимания стороннего зрителя.

Йозеф Бойс родился в католической семье. Однако же художник рано понял, что его судьба и жизненный опыт не умещаются в традиционные религиозные формы. Его созданная позже концепция расширенного понимания искусства стремилась преодолеть существующие рамки творчества, религии, философии и, выходя на пограничные зоны, впитывала и синтезировала различные знания и практики.

Тем не менее, фигура Иисуса Христа оказала большое влияние как на становление взглядов художника, так и на его отношение к жизни. В частности, вероятно, во многом благодаря Христу, показавшему людям возможность воскресения, Бойсу удается выйти из своего личного глубочайшего кризиса.

Другая важная христианская идея: необходимость духовного развития и совершенствования. Христос же – это главная движущая сила, главный импульс, первопричина этих процессов. Однако результатами мирового развития, по мнению Бойса, явились технический и научный прогресс, которые, будучи сами по себе очень полезными, к сожалению, поспособствовали отказу общества от духовного развития в пользу материального, породившего капитализм. Таким образом, Христос для художника одновременно является «изобретателем паровой машины» (Бойс так назвал одну из своих работ 1971 года) и первоэнергией, «третьей стихией», благодаря которой человек может создать из себя и общества наиболее свободную, гармоничную и совершенную форму. В этом последнем как раз заключается основа бойсовской теории «социальной скульптуры», согласно которой преобразование каждого человека заключается в «вылепливание» им из себя необходимой формы бытия. А душа – это некий пластический материал для работы. Таким образом, этот процесс наделяется буквально тактильными ощущениями. Бойс не признавал косности форм, считая, что они находятся в непрерывном движении, становлении и потому поддаются изменениям.

Интересно, что согласно мифу, художник был возвращен к жизни при помощи жира и войлока – то есть тем самым заново «вылеплен» из этих материалов по своей прошлой форме (оказавшейся своего рода заготовкой для будущего). Вместе с тем эта легенда – отражение его настоящей биографии: чтобы начать путь своего становления и своей миссии, надо оказаться на грани между жизнью и смертью, почти умереть, а затем найти в себе силы для перерождения, которое и принесет откровение творчества. Так, собственной биографией Бойс олицетворяет свою теорию, на манер библейской притчи, создает для нее образ, рассматривая при этом работу над собой как эстетический процесс.

Помимо этого художественная утопия пополняется и другими философскими аллюзиями. Использование органических материалов, мистический контакт с природой, с ее жизненными потоками – очень важный элемент в концепции Бойса. Это тоже первоисточник, к которому приходит Бойс, незыблемая вечно существующая истина и энергия, на которую может опереться потерявшийся или сломавшийся человек. Не случайно художник вступает в контакт с животными: с зайцами, койотом. Для него они ближе к природе, а следовательно, ближе к первоистокам и первоэнергиям. Они как бы тоже существа другого мира, мира, видимо, более близкого Бойсу, чем мир людей.

Художник не останавливается на мечте о личной духовной свободе. На его пути встает политика и вопрос о преобразовании общества. Идеи творческой свободы, свободы от государства и гнета капитализма, свободы от порабощение материализмом, всеобщее равенство как в административном, так и в художественно-ценностном плане, солидарность – вот то, за что борется Бойс.

Утопия утопией, а такая вера в человека, в его потенциал и способность к преображению – редкое модернистское явление 2-ой половины ХХ века среди наступившего уже в 70-е годы постмодернизма, который ввел шаманство и символизм Бойса в поле игры ассоциаций и обязательной зрелищности каждого художественного жеста.

Выставка Иозефа Бойса «Призыв к альтернативе» продлится до 14 ноября в ММСИ (Гоголевский бульвар, 10).

Навуходоноссор, 1795

Вернуть искусство в Альбион

Уже давно ценностное качество всего презентуемого в Москве измеряется длиной очереди в кассу. Причем общественный интерес распространяется на все культурные потребности человека, как духовные (очередь на Дали, к поясу Богородицы), так и материальные (в кассу «Ашана», метро, на политический митинг). Коварство этой неизбежной надстройки заключается в том, что она не только поднимает большой ажиотаж вокруг события, но и в некоторых случаях подавляет и обесценивает желаемую цель. В декабре настало время нового культурного забега. На этот раз в ГМИИ им. А.С. Пушкина за Микеланджело де Караваджо и Уильямом Блейком (причем, скорее, за первым, чем за вторым).

Сравнивать двух названных художников неправомерно. Реалистичные персонажи Караваджо, тела которых преисполнены земной чувственности и материальной плотности, при всей мифологии сюжетов и мистики освещения картинного пространства сильно отличаются от графично исполненных героев Блейка, чаще выполняющих роль символов.

У нас в России, как и двести лет назад в Англии, Уильям Блейк известен, скорее, как поэт («Песни Невинности и Опыта», «Бракосочетание Рая и Ада», «Книга Тэль», отдельные стихотворения и т.д.). Однако поэтическое дарование автора невозможно отделить от его художественной практики. Не случайно Блейк был первым, кто соединял в своих книгах изображение и слово, создавая поэтические тексты и иллюстрации к ним.

На творчество художника влияет множество факторов: его великолепное владение мастерством гравюры, большой интерес к готическому искусству, в частности средневековой книжной миниатюре, вместе с тем знание классических основ искусства (особой любви к скульптурности форм Микеланджело Буонарроти) и отказ от их академического канона во имя свободы творчества. Изучение Библии и в целом религиозно-мистическое мировоззрение Блейка определили направление его творческой деятельности. Воображение или видения, которые, по словам Блейка, с ранних лет посещали его, сделали из личности художника и поэта настоящего визионера.

Уильям Блейк. Ангелы Добра и Зла. 1795. © tate.org.uk

Уильяма Блейка сложно назвать типичным романтиком, хотя именно к этому художественному направлению он относится. Созданная им собственная мифологическая картина мира насквозь символична и иррациональна. Характерно романтический субъективизм чувственного мира героя у Блейка возводится до внечеловеческих высот. Позволяя себе иметь собственную точку зрения, художник выходит за границы личностных и мирских координат, создавая новый образ строения всего мира. В нем Блейк персонифицирует силы, управляющие миром: Добро и Зло, Бог и Сатана, Человек, Душа и другие. Его Бог, с длинными седыми волосами и бородой, по-ветхозаветному строг и суров. События, происходящие с героями, больше похожими на атлантов, чем на обычных людей, всегда носят патетический и трагический характер, соразмерный масштабам судеб всего мироздания.

Один из множества ярких образов — царь Навуходоносор — воплощение ужаса краха человеческого самовластия и возгордившегося достоинства. На его лице — безвыходность, страх, отчаяние и трагедия. Это произведение — иллюстрация к ветхозаветной истории о том, как вавилонский царь Навуходоносор был наказан Богом за гордость, ощущение собственного всемогущества и идолопоклонство: «Отлучен был от людей, ел траву, как вол, и орошалось тело его росою небесною, так что волосы у него выросли как у льва, и ногти у него — как у птицы» (Дан 4:30). Извечный конфликт между властью богоданной и самопровозглашенной не имеет конца. Как мы видим, и по сегодняшний день сознание собственного могущества и любовь к золотым истуканам будоражит сознание царей. К слову, один из самых известных и, если можно так сказать, отрицательных мифологических персонажей, созданных (или, может, увиденных) Блейком, является Уризен, символизирующий косность человеческого разума и закона. В борьбу с ним художник выдвигает свободу творчества и воображения.

В невероятной силе образов Блейка чувствуется не просто что-то архаическое. Это глубина мироздания, лишенная наслоений материального и бытового. Она скрывается в человеке на самом дне его существа, проход за переделы которого, сродни дантовскому спуску между льдом и Люцифером, приведет к подъему на обратную сторону — истинную сторону бытия.

Конечно же, говоря о такой сложной космогонии в художественной форме невозможно не прибегнуть к символизму образом. И никто из последующих художников, вдохновляющихся творчеством Уильяма Блейка, не смог достичь интерпретации христианства подобной сложности и силы.

Выставка «Уильям Блейк и британские визионеры» продлится до 19 февраля в ГМИИ им. Пушкина (ул. Волхонка, 12)

Освобождение тела

Освобождение тела

В центре современной культуры «Гараж» проходит большая ретроспектива Марины Абрамович — знаменитейшей перфомансистки, ставшей настоящим классиком своего жанра. Выросшая в условиях коммунистической Югославии и воспитанная глубоко православной бабушкой, художница уже в начале своего пути старается высвободиться от обеих систем. От всеобщего равенства художница идет к индивидуальности и значимости каждой личности, а от жизни по канонам — к восточным практикам самопознания и самопреодоления.

Материал, с которым работает Абрамович, — она сама. Обнаженное тело, и тем более женское, выставленное на показ, — это предел человеческой незащищенности, уязвимости и открытости. Работая с ним, Абрамович обращается к самому простому и самому табуированному исторической традицией средству. С точки зрения христианства, тело — это и земная временная материя, после смерти превращающаяся в прах, и срам, и намек на присутствие в человеке животного начала. Вместе с тем, тело — это наша связь с Христом, потому что именно образ человека был избран Богом для материального воплощения, и, главное, тело — это храм для души, который, следуя христианским заветам, должно держать в чистоте. Однако развитие искусства в XX веке ведет к изменению и расшатыванию нравственных запретов на публичную репрезентацию обнаженного объекта. Весь этот религиозно-культурный багаж, конечно же, был известен Марине Абрамович. Она не перечеркивает эти традиции, а, скорее, их перешагивает, выбирая источником своих исканий первобытное, архаическое время, когда плоть воспринималась в единстве с природой и ее живительной и космической энергией. В связи с творчеством Абрамович вспоминаются статуэтки «Палеотических Венер», появившиеся тридцать тысяч лет назад и символизирующие женскую сущность, как прародительницу и кормилицу земли и людей.

В 1970-е годы, когда Марина Абрамович и другие художники обратились к языку собственного тела (в это же время расцвел боди-арт), появилась необходимость большого авторского жеста, утверждающего присутствие художника в мире и искусстве. Импульсом послужило желание максимального воздействия на зрителя (пусть даже через девиантное поведение), не замечающего возрастающего мирового насилия и иллюзорности разумного политического и социального существования. Обращение Марины Абрамович к прообразам не случайно: она хочет, минуя интеллектуальное осмысление работы зрителем (оно уходит ко вторичной рефлексии), воздействовать на его глубинные ощущения, которые в повседневной жизни пребывают в своего рода летаргическом сне. Для того, чтобы пробудить, она сама становится праматерью, Евой, которая не знает ни стыда, ни табу.

А иначе зачем в перфомансе «Ритм 0» (1974) художница предлагает зрителям сделать с собой все, что угодно? Обнаженная женщина отдает себя на растерзание публики. Абрамович, будто ведьма, напрашивается на собственное сжигание на костре. Она искушает зрителей вседозволенностью, намеренно провоцируя агрессию. Драматизм перфоманса приобретает невероятный накал. Так художница испытывает себя и зрителей.

В некоторых перфомансах Марина Абрамович сама немного будто бы Христос, взявшая добровольно, как и Он, миссию страдания и искупления «грехов» человеческих. Она тоже творит, только не бытие или чудеса, а свое искусство и себя. А так как религиозные рамки Абрамович не ограничивают, то она, скорее, похожа на сверхчеловека Ницше, которого провозглашал Заратустра: «он — эта молния, он — это безумие!»

Перфоманс «В присутствии художника». Музей современного искусства, Нью-Йорк, 2010. Фото: flickr.com/photos/sixteen-miles/

Для нее самое главное — это преодолеть себя, время, смерть, ментальность, национальность, пол. Абрамович перешагивает не только через разум, но и через чувства. В более ранних работах («Свечение», «Imponderabilia», «Балканский эротический эпос») в медитативном состоянии находилась только сама исполнительница. Первая реакция зрителей на такие перфомансы — шок, раздражение, отвращение. Постепенно художница приходит к другому взаимоотношению с публикой. В последней работе «В присутствии художника» (когда в нью-йоркском музее посидеть напротив Абрамович и посмотреть ей в глаза мог любой посетитель на протяжении всего времени работы выставки) ее взаимодействие со зрителем носит двусторонний характер, и осуществляется оно именно на энергетическом, а не чувственном уровне, который оказывается следствием первого. Этот немой диалог аккумулирует настоящее сущностное общение людей.

Марина Абрамович, конечно же, не мыслит себя ни праматерью, ни праженщиной. Ее художественное явление олицетворяет собой значение человеческой воли и стремление к познанию. И в этом она уникальна.

Кажущийся героический пафос Марине Абрамович необходим, ибо серьезность подхода — это важное условие концентрации художника для совершения перфоманса. Абрамович действительно верит в свое дело, направленное на рефлексию мира и раскрытие себя. При этом она не намекает на какие-либо нравственные ценности, на понятия добра, зла, семьи и т.д. (как и для сверхчеловека Ницше, для нее «добродетель есть воля к гибели и стрела тоски»). Но ее творчество пронизано ощущением человеческой искренности, хрупкости и силы, сакральная ценность которого и оказывается мерилом жизни.

Перфоманс для Марины Абрамович — это жизнь в настоящем, как она часто говорит, «здесь и сейчас». Поэтому для нее было так важно на выставке в «Гараже» демонстрировать некоторые свои перфомансы в реальном времени. Абрамович не просто хочет остановить зрителя в настоящем. Она стремится это настоящее максимально долго длить, иными словами, бодрствовать, что, как всем известно, невыносимо сложно. Но это не то самое евангельское бодрствование в ожидании Бога («Итак, бодрствуйте, потому что не знаете ни дня, ни часа, в который приидет Сын Человеческий» (Мф 25:13)), а бодрствование ради самой жизни, ради очищения и просветления (что, в прочем, тоже не вступает в противоречие с христианством).

Странно, конечно, что у такого человека есть свой офис и контракты с семью галереями. Но здесь дело уже, видимо, во времени, которое сделало искусство экономикой, а Абрамович — ее звездой.

Марш Священных Коров

Марш Священных Коров

Группа «Аквариум» очень редко снимает клипы на свои песни, они им не очень-то нужны. Часто их делают поклонники. Например, видео к песне «Стаканы». Новое видео на композицию «Марш священных коров» сделано в жанре анимации с присущими группе юмором и многозначностью. Эта песня с последнего альбома «Архангельск», вышедшего в сентябре.

Борис Гребенщиков — сам по себе священная корова, и мы уже писали о многочисленных эпитетах, к нему применяемых. Остается лишь добавить, что поклонники на его концертах часто выкрикивают не только признания в любви и предложения руки и сердца (что касается в основном женской аудитории), но и немного фамильярные утверждения «Боря, ты Бог», от которых он, в свою очередь, с присущей скромностью и улыбкой анахорета, «виски с гинессом мешающего», отнекивается.

Само по себе выражение «священная корова», конечно, в первую очередь отсылает нас к культурно-религиозным нормам Индии, которые приписывают уважительное отношение к этому животному. Коровы считаются чистыми и святыми, о коровах говорится уже в Ригведе, где их также называют богинями рек. Кришна, зафиксированный в мифологии как пастушок коров в детстве, их оберегал. Коров обязался защищать Махатма Ганди, а в современной Индии в некоторых штатах убийство коровы может повлечь тюремное заключение. Так, ни один город Индии и Непала не обходится без этих животных, которые не только являются неотъемлемой частью дорожного трафика, но и позволяют себе купаться в реке Ганга, не менее священной, чем сами животные.

Однако фраза «священная корова» также стала и общеупотребительной идиомой, которую используют по отношению к тому, кто наделен священным статусом и неприкосновенен. В современном христианском мире это, конечно, представители церкви и главные действующие лица религиозных институтов. 282 статью Уголовного кодекса РФ еще никто не отменял, и все мы помним резонансные выставки и последующие за ними судебные разбирательства. Остается надеяться, что священная корова Борис Гребенщиков не подвергнется остракизму со стороны других священных коров.

Престол изобилия современной цивилизации

Престол изобилия современной цивилизации

Является ли изображение библейских сюжетов неотъемлемым атрибутом христианского искусства? Илья Гапонов, современный питерский художник и автор выставки «Фиатирский престол», отвечает на этот вопрос отрицательно. Проявление божественного он видит и в снеге, и в сожженном куске дерева, и даже в лицах земляков-шахтеров.

Илья Гапонов принадлежит к числу тех художников, которые относятся к религиозной тематике очень серьезно и не используют ее для эпатажа публики. Именно поэтому в его работах нельзя увидеть привычные для такого рода искусства образы. Кресты, распятия и сияющие нимбы — не сюжет работ Гапонова. В каждом своем проекте он ухитряется деликатно обходить стороной традиционные, столь часто эксплуатируемые художниками образы, и привносить в произведения на религиозную тему что-то иное, индивидуальное. В качестве примера можно привести работы, представленные в его предыдущих проектах: «Алтарь/Категория 5» — обугленные деревянные изразцы, явственно отсылающие к византийским иконам, но без единого христианского символа, или же панно с ангелами из проекта «Последний снег», обращенными к невидимому центру между ними, или горняк с выставки «Три дня», выносящий на руках тело своего собрата из марева шахтерской пещеры, ассоциирующийся с классическим изображением снятия с креста.

В каждой из этих живописных серий отражается образование и воспитание художника. Так, большой масштаб и тематика работ объясняются тем, что с юношеских лет Илья занимался росписью храмов и мозаикой, а после Кемеровского художественного училища окончил Санкт-Петербургскую Государственную художественно- промышленную академию им. В. Мухиной по кафедре монументально-декоративной живописи. Несмотря на то, что художник уже давно живет в Питере, где вместе со своими друзьями организовал художественное сообщество «Непокорные», родные корни он не забывает. Атмосферу шахтерского города Кемерово, откуда он родом, Илья передает манерой и техникой своего письма, используя кузбасслак — лак, имеющий битумную основу, производимый из каменного угля, добытого на Кузбассе.

В своем новом проекте «Фиатирский престол» автор затрагивает «фроммовскую» тему отчуждения человека в современном мире. В качестве аллегории нынешней цивилизации у художника выступает предапокалиптический образ престола, на котором пышные букеты цветов и сочные фрукты соседствуют с пропитанными тлетворным духом головами животных и символами современного потребительской общества — пакетами из McDonald’s.

Название экспозиции отсылает нас к отрывку из Откровения Иоанна Богослова, где упоминается жена израильского царя Ахава Иезавель, чье имя стало синонимом идолопоклонства, развращенности и жестокости: «…ты попускаешь жене Иезавели, называющей себя пророчицею, учить и вводить в заблуждение рабов Моих, любодействовать и есть идоложертвенное» (2:20).

Заимствуя из классических голландских натюрмортов XVII века живописную манеру, Гапонов отвергает присущий ей блеск, роскошь и изящество. Это не AES+F, которые, обращаясь к наследию классического изобразительного искусства, утрируют его до уровня глянца. Здесь иной подход. Врубелевскими мазками битумного лака Илья Гапонов создает атмосферу избыточного, упадочного буржуазного мира, низводя пафос сюжета до уровня повседневности.

Соединение в картинах Гапонова ощущения мрачности и даже какой-то «чумазости», создаваемой за счет использования столь необычного материала как битум, и сам их масштаб дают удивительно парадоксальный эффект. Привычные вещи вдруг обретают значение символа, становятся отражением нашей обыденной реальности, которая, по мнению художника, катится вниз в своих моральных устоях и жизненных ориентирах.

Проект «Фиатирский престол» рождает чувство потерянности современного человека в суматохе дня, не позволяющей ему выйти за пределы мира вещей и преодолеть рамки обыденности.

«Пропуская наш мир» через призму традиционных религиозных взглядов, Гапонов преобразует иконописную эстетику в новый языковой художественный принцип, заставляя зрителя вновь обратиться к поиску истинного.

Галерея «Триумф» (ул. Ильинка, д 3/8 стр. 5) до 30 октября

Святой Лазарь

Святой Лазарь

1

Лазарь — сокращенная форма древнееврейского имени Елеазар‎ (Elʿāzār), что буквально переводиться как «Бог мне помог».

2

В честь св. Лазаря назван один из самых маленьких и самых закрытых рыцарских орденов — орден Святого Лазаря. Он состоит примерно из пяти тысяч человек, проживающих на пяти континентах. Этот военно-монашеский орден был основан крестоносцами в Палестине в 1098 году на базе больницы для прокаженных и принимал в свои ряды рыцарей, заболевших проказой. Сегодня орден занимается по большей части благотворительной деятельностью.

3

До сих пор точное место захоронения моще св. Лазаря достоверно не известно. В православной традиции считается, что Лазарь погребен в окрестностях Китиона, католическая традиция предполагает, что он проповедовал и был похоронен во Франции. Однако самым вероятным местом погребения праведного Лазаря  на сегодняшний день является могила в Вифании — селение, упомянутое в Новом Завете как родной город Лазаря, Марии Магдалины и Марфы. Ныне это поселение – городом Аль-Азари́я, принадлежащий мусульманам.

4

При церкви св. Лазаря в Ларнаке (Кипр), где в подземной крипте расположена гробница, находится музей. Экспозиция этого музея уникальная тем, что ни один предмет не был сделан на заказ, все представленные объекты — дары прихожан храму, преподнесенные в разные века. Со временем в здании церкви для них перестало хватать места, поэтому было решено отвести для хранения целое здание, превратившееся вскоре в музей.

5

Яма Лазаря — бассейн с целительной водой, который использовал один из главных врагов Бэтмена и суперзлодей вселенной DC Comics Ра’ш Аль Гул для продления своей жизни.

6

Одна из самых необычных интерпретаций новозаветного сюжета с воскрешением Лазаря была сделана Ван Гогом, который, по мнению многих искусствоведов, на картине изобразил в роле Лазаря самого себя. Эта работа отличается весьма вольной композицией, мало напоминающей каноническое изображение «Воскрешения Лазаря». Христос, совершающий чудо, у художника заменен солнцем в зените, а главное место в картине занимает Лазарь и его сестры — Марфа и Мария.

7

В России образ Лазаря Убогого, символизирующего человека, страдающего на земле от бедности и болезней, но вознаграждаемого в своей загробной жизни, был настолько частой темой в так называемых духовных стихах, что выражение «петь Лазаря» стало синонимом заунывного причитания нищих.

8

Одним из последних фильмов, где использован сюжет воскресения Лазаря, стал фантастический боевик «Записки Лазаря» (The Lazarus papers), вышедший в 2010 году. Сюжет повествует об азиатском шамане-лекаре Аруне, который, после того как его и его семью убил кровожадный наемник Себастиан, воскресает и получает бессмертие. Однако, тоскуя по своей погибшей семье, он отправляется на поиски тайного способа избавления от бессмертия.

9

Сегодня, на социалистической Кубе, просить подаяние разрешено только людям, посвятившим себя Святому Лазарю. Как  правило, люди из самых дальних уголков острова, направляясь к храму, ползут на коленях или даже на локтях, начиная свое путешествие задолго до 17 декабря, официального праздника, посвященного святому. Многие кубинцы верят, что Святой Лазарь отпустит их грехи, увидев, как они себя истязают.  Святому Лазарю жители Кубы молятся об исцелении, поэтому у церкви всегда продают статуэтки, изображающие прокаженного в лохмотьях, которому собаки вылизывают язвы.

10

Святой Лазарь считается святым покровителем острова. Этот праздник отмечают на Кубе не только христиане, но и последователи синкретической религии Сантери́, для которых св. Лазарь также символизирует божество Бабу-Айе — повелитель всех заразных болезней и эпидемий.

Singularities

«Мистика — это сыр»

До 13 ноября в ГМИИ им. А.С. Пушкина проходит выставка «Сальвадор Дали», о которой мы уже упоминали в Культопоходе на сентябрь. В связи с этим событием, в редакции Religo.ru решили посмотреть на личность самого художника и обстоятельства его жизни, повлиявшие на создание той или иной картины.

Нет сомнений в том, что Сальвадор Дали был гением. Еще его можно было бы назвать визионером. Однако история его жизни настолько путана и мифологизирована им самим же, что разобраться в сущности «настоящего» Дали (не «публичного») крайне сложно. Художник изображает другой мир, но какими средствами?

Сюрреалистический метод предполагает психологический автоматизм, то есть создание художником образов без какого-либо контроля со стороны разума. Открытое Зигмундом Фрейдом бессознательное является для сюрреалистов источником и катализатором художественного процесса, богатого ассоциативного и образного ряда. Этому иррациональному началу, неподвластному разуму и воле, подчинено поведение человека. Больше всего в глубинах психики оказываются подавленные в соответствии с моральными и общественными нормами эротические влечения. Сны — это один из способов увидеть проявление скрытого подсознания. Таким образом, оказывается, что человек, высвобождающий свое бессознательное, снимает с себя всякую ответственность как за процесс, так и за результат своей деятельности.

Тем не менее, когда Сальвадор Дали в 1920 году пишет работу под названием «Иногда, забавы ради, я плюю на свою мать», от него отрекается отец, а когда в конце 1930-х художник увлекается изображением Адольфа Гитлера, от него отрекается общество сюрреалистов и в том числе Андре Бретон — основатель течения (его и Зигмунда Фрейда Дали называл своими отцами). И первый, и второй случай художник, конечно же, объяснял чистым психоанализом: он хотел избавиться от жуткой психологической зависимости от образа матери, которая умерла, когда Дали было 16 лет, а Гитлер вызывал у него чисто эротические чувства, особенно его пухлая и мягкая спина, перетянутая кожаным ремнем. Дали был уверен в своей аполитичности.

Психоанализ в какой-то степени являет собой переосмысленную и материализированную практику религиозных откровений. Если в большинстве религиозных традиций видение приходит человеку извне: от Духа Святого или дьявола, ему кто-то или что-то является, то в психоанализе человек ищет откровения внутри самого себя. Это не голоса свыше, а голос собственного подсознания, в котором живут преломленные отпечатки окружающего мира. Интересно, что и религиозное и бессознательное откровение приходит без участия рацио. «Параноидально-критический метод», изобретенный Сальвадором Дали для написания картин, как раз основывался на отсутствии каких-либо морально-нравственных и рациональных норм, ограничивающих сумасшествие художника или корректирующих изображение изнанки его собственного «Я». Дали не нужен был Бог: он сам, его внутренний мир, был для него богом. Не стоит забывать об увлечении художника Ницше и в частности его теорией о сверхчеловеке, в которой религия рассматривается лишь как ограничение на пути дальнейшего развития.

Бог — гений, Дали — гений. Такого соседства художник не мог признать.

Он считал себя единственным. Его имя «Сальвадор», переводимое как «Спаситель», только служило этому доказательством. В 1930-е годы, годы расцвета сюрреализма Дали, религия была для него лишь одним из архетипов, мифов, комплексов человека.

В 40-е годы Дали неожиданно заявляет о том, что он пришел к Богу. Переворот действительно необычный: ведь художнику никто не был нужен, кроме Галы (его главной любви) и его самого. Может, это последствие войны, рождающей ощущение, что в мире происходит что-то неподвластное Дали. Однако что же это был за Бог, в которого уверовал художник?

В своих дневниках он никогда не употребляет слово «христианство», но только «католицизм». Такое маркирование собственной веры наиболее удачно сочетается с пафосом личности Дали. В художественном сознании католицизм, конечно же, ассоциируется с богатым церемониалом и барочными экстазами XVII века или мистицизмом и аскезой средних веков. Этот парадоксальный синтез вкупе с гением Дали порождал удивительные экзальтированные формы.

Из «Дневника одного гения»: «Мне снится незабываемый сон. Лебедь, начиненный взрывными гранатами, которые разрывают его на части. Словно в стробоскопическом фильме, я вижу мельчайшие ошметки его внутренностей. Взлет каждого перышка напоминает по форме крошечные летающие скрипки. Пробудившись, я на коленях благодарю Пресвятую Деву за это эйфорическое сновидение, которому, вне всякого сомнения, суждено стать “нимбоносным”».

Видимо, Бог у Дали тоже сюрреалист.

Не художник живет по его правилам, а наоборот, Он живет по правилам художника. Дали лишь включает Бога в свой мир, замешивает его в свои сюрреалистичные сплетения. Встав на колени, он благодарит Деву — сколько в этом действии эффектности. Разве не это нужно было Дали?! Теперь художник нашел ответственного за все свои безрассудства.

Вместе с этим его богатое ассоциативное мировоззрение ведет к смешиванию образа Мадонны с образом Галы. Сам Дали в таком случае оказывается рожденным ею Спасителем.

Из «Дневника одного гения»: «Мистика — это сыр; Христос тоже из сыра, даже более того, это целые горы сыра!» Дали выбрал путь, на котором степень мистики (и может, даже святости) увеличивалась вместе с ростом иллюзорности, с ростом в его картинах и жизни сюра, субъективных ассоциаций, понятных лишь художнику.

Стыд, застенчивость, жажда славы и денег, сексуальное влечение, буйство идей и эмоций, религиозные искания, фантастические сны — мистический ком жизни Сальвадора Дали. В 1982 году Гала умерла, и Дали остался совсем один. В конце своей жизни он стал совершенно беспомощным дряхлым стариком. У него тряслись руки, он плохо говорил, его мучили кошмары и бесконечные фобии. Когда кончились силы на игру, кончились силы для «публичного» Дали, художник оказался наедине с собой, и ему стало страшно. Его Бог не мог принести успокоения, потому что он остался в умирающем мире сюрреализма Дали. В этом огромная трагедия судьбы гения, оказавшегося в ловушке собственного образа и идей. В одном из интервью, будучи уже стариком, Дали сказал: «Я верю в Бога, но у меня нет веры».

Сальвадор Дали. Нос Наполеона, превращенного в беременную женщину, которая гуляет как грустная тень среди древних руин. 1945 г.

Культопоход в сентябре: выставки

С этого месяца Religo.ru будет отбирать для вас достойные внимания выставки, открывающиеся в ближайшее время. В сентябре, на наш взгляд, интересны не только события, напрямую связанные с темой религии, но и мероприятия, имеющие в целом большое значение для культурной жизни. Такие как Московская биеннале современного искусства и ярмарка Арт Москва. Ведь заранее не всегда знаешь, что подготовят организаторы, и какие отражения религиозности мы можем встретить в мире современного искусства.

4-я Московская биеннале современного искусства
23.09 — 30.10

Московская биеннале современного искусства была учреждена в 2003 году, и проходит один раз в два года, представляя собой ключевое мероприятие культурной политики России. Биеналле объединяет большое количество художников со всего мира, которые редко не только встречаются в рамках одного проекта, но и показываются в Москве. Основная тема биеннале 2011 года — «Переписывая миры». Организаторы исходят из идеи, что художник переписывает мир, выражая в своих произведениях новые идеи. Основной проект биеннале пройдет в Центре дизайна Artplay и ЦУМе. В рамках основного проекта будут участвовать художники и художественные группы из 33 стран. Биеннале также включает в себя параллельную программу выставок, которые будут проходить на различных площадках Москвы. Religo.ru будет следить за самыми интересными экспозициями.

http://4th.moscowbiennale.ru

Заложники Пустоты. Эстетика пустого пространства в русском искусстве XX-XI веков.
24.09 — 13.11

Специальный проект 4-й Московской биеннале современного искусства. ГТГ на Крымском Валу (залы № 39–42)

Группа «Коллективные действия» Документация перформанса «Место действия». 1979, бумага, ч\б фото, собственность авторов. © http://4th.moscowbiennale.ru

Категория пустоты, являясь религиозной и философской, часто занимала художников как феномен отсутствия чего-либо, так и в качестве пространства, стремящегося к заполнению. Данная выставка является первым исследованием, которое выстроит историю отечественного искусства, опираясь на пустоту, как художественную категорию с попыткой «обнаружить внутреннюю структуру пустоты».

«Тема пустоты — фундаментальная тема искусства XX века», — считают организаторы выставки. Проект охватывает временные рамки с 1920-х годов до 2000-х.

Разделы выставки:

  • 1920–1950-е : горизонты видения и власть пустоты;
  • 1960: «метафизика» и сюрреализм;
  • «Пустотный канон» в практике московского концептуализма.
  • Заполнение пустот: голоса, молчание и пустые действия;
  • Остаточное, боковое и периферийное зрение;
  • Нон-спектакулярные практики: незримость как мнимая пустота;
  • Новые медиа: пустые сообщения и критика коммуникаций.

http://www.tretyakovgallery.ru

Сальвадор Дали (из собрания фонда «Гала — Сальвадор Дали», Фигерас)
03.09 — 13.11

ГМИИ им. А.С. Пушкина. В рамках Года Испании в России. 

Портрет Гала с двумя бараньими ребрышками удерживающими равновесие на ее плече. Около 1934 г. © promethidion.eu

Впервые в России будут представлены произведения Дали из его музея-театра в Фигерасе. 25 живописных работ, 90 графических листов, а также архивные фотографии, которые охватывают все периоды творческой жизни художника. Сквозная тема выставки — фигура легендарной Гала — русской супруги и единомышленника Дали.

Сценическое решение выставки, созданное художником Борисом Мессерером, будет способствовать ощущению уникальной сюрреалистической атмосферы музея Дали, — обещают организаторы.

http://www.arts-museum.ru

Искусство Тропической Африки из коллекции М.Л. и Л.М. Звягиных
до 18.09.

ГМИИ им. А.С. Пушкина (Отдел личных коллекций)

Маска антилопы или барана экук для инициаций и церемоний окончания траура. Квеле, Габон, Конго. Дерево. XX в. Фото: ARTinvestment.RU

Выставка представляет уникальную возможность познакомиться с искусством Африки, начиная с V века до н.э. до XX века. Оно включает как традиционное религиозное искусство, так и светское, но непременно пронизанное чувством мифа и волшебства. Коллекционеры отмечают, что «африканцы — великая творческая нация. Они создали и продолжают создавать художественные произведения, достойные высочайшей оценки. Их творчество, ни на кого не похожее, живое и действенное».

На выставке представлено более 150 предметов африканского искусства. Экспонаты традиционного религиозного искусства Тропической Африки (регион южнее пустыни Сахара) отражают систему культов плодородия и предков. Уникальная коллекция включает маски, обереги, магические фигуры плодородия, рельефы, алтарные головы. Произведения сделаны из обожженной глины, бронзы, дерева, кости и ткани.

http://www.arts-museum.ru

Арт Москва 2011
21.09 — 25.11

Центральный дом художника

Ежегодная ярмарка Арт Москва — уже традиционная выставка для тех, кто хочет посмотреть на достижения современного искусства, которые показывают галереи со всего мира. Помимо этого, подразумевается параллельная выставочная программа, образовательные лекции и дискуссии.

В принципе, галереи обычно показывают то, что посетители видели в течении года на выставках, а на Арт Москве можно освежить свою память и увидеть все лучшее сразу. Более интересным же кажутся стенды зарубежных галерей, которые, к сожалению, хоть и нечастые гости на ярмарке, но тем не менее способны дать представление о художественной жизни Европы.

http://www.art-moscow.ru

В этой рубрике мы публикуем материалы, которые кажутся нам интересными. Если вы хотите, чтобы ваше событие попало в анонс, присылайте информацию на city@religo.ru не позднее последней недели текущего месяца.

reznikov

Читайте таблички!

«Во время нашей первой встречи Дэн Грегори сказал, что я должен выучить очень важное изречение. Вот оно: «А король-то голый».
— Запомнил? А ну, повтори несколько раз.
И я повторил: А король-то голый, а король-то голый, а король-то голый.
— Прекрасное исполнение, — сказал он, — великолепно, высший класс. — Он похлопал в ладоши.
Как реагировать на это? Чувствовал я себя, как Алиса в Стране чудес.
— Хочу, чтобы ты произносил это так же громко и убедительно всякий раз, когда будут говорить что-то положительное о так называемом современном искусстве.
— Хорошо, — ответил я.
— Это не художники, а сплошь мошенники, психи и дегенераты, — сказал он. — А тот факт, что многие принимают их всерьез, доказывает, что мир свихнулся. Надеюсь, ты согласен?»

Курт Воннегут «Синяя борода»

В несостоятельности приведенного выше утверждения нас обычно убеждают таблички с комментариями. На выставках без них как-то теряешься. И если произведение искусства условно принять за дерево, то информация на табличках — это корни. Одно к другому привыкло, одно без другого существует как-то неполноценно. Самодостаточность обретается только в тандеме. Этой независимости способствует сложный для обыденного и неподготовленного восприятия язык текстов, создающий впечатление институции искусства замкнутой в самой себе или, что хуже, снобистской.

Рассуждения о беспомощности здесь могут иметь двоякую направленность. Кто беспомощен? Искусство, которое без сопроводительного текста останется неясным, неоправданным, или зритель, который не в состоянии самостоятельно понять смысл? Только отбросим сразу все претензии к современному искусству, связанные с тем, что оно не искусство вовсе: если работа принимается институцией, значит она — произведение (формально и просто).

Юрий Альберт «Если у вас возникли вопросы по поводу этой картины...». 1986 год

Заложенная во многих людях классическая модель восприятия искусства для актуального не совсем подходит. С художественной традицией авторы порвали еще в начале XX века. Одно из самых ярких явлений — абстракция. Отказ от фигуративности — это, конечно же, отказ и от материального, попытка выхода за его пределы, попытка говорить на языке иной реальности: высшей, низшей, опосредованной взглядом художника или массовой культурой, зависящей от художественных средств и методов репрезентации. Постепенно целью искусства стал сам путь ее достижения, а еще позже — идея и ее воплощение в форме, что не мешает общему процессу полной деконструкция и смысла, и содержания.

Казалось бы, на выставку идут, чтобы смотреть. Но нет, на выставку — еще и читать. А так же думать и ощущать. Иными словами, не отдыхать, а трудиться и получать опыт. Выставка Джеймса Тарелла в «Гараже» (открыта до 21 августа) тому большой пример. Зритель оказывается вовлеченным в пространство залов настолько, что уже не требует пояснений, его персональные ощущения не нуждаются в интеллектуальном осмыслении. Тарелл создает такую среду, в которой обыденные способы самоидентификации человека в пространстве не работают.

Эрик Булатов «Точка». 2004 год

Другой характерный пример — выставка Сергея Резникова «Рисовать все: вещи, понятия, состояния», проходящая до 28 августа в ГЦСИ, где в качестве «комментария» — интервью с художником, транслирующееся на экране. Черно-белые, достаточно холодные и отвлеченные рисунки (графитный карандаш и бумага) Сергея Резникова, выверенные, продуманные, с частым преобладанием геометрических очертаний, трудно связываются с личностью интересного, доброго и очаровательного человека, ставшего священником. Из интервью становится понятно, что автор свои религиозные взгляды старается отразить в графике: подобно лику в иконе, предмет для художника являет собой некую высшую сущность, которую он и хочет уловить. Такие резонансы между субъективным впечатлением и задумкой автора случаются в современном искусстве часто. Пример Сергея Резникова интересен своей эстетикой и тонкостью.

Религия всегда говорит о вечном. А современное искусство говорит об актуальном, о сегодняшнем дне (который завтра уже будет другим), держит руку на пульсе настоящего. Вместе с этим, почти каждый художник претендует на звание «гласа, вопиющего в пустыне», правда, не предвещающего, а открывающего зрителям еще одну из сторон бытия. Но бытия какого? И вот тут — главный вопрос. Иногда выходит так, что постижение трансцендентального замыкается на изучении материальной формы. Проще говоря, поиски ведутся не по вертикальной оси, а по горизонтальной. Поэтому, с точки зрения ортодоксальной религиозной традиции, теории художников, в общем-то, можно назвать ересью, их собственными квазирелигиями. Поясняющие таблички в таком случае становятся не просто «оправданиями» авторов перед зрителями, а настоящим философским утверждением и декларированием их концепций. Так уж случилось, что искусство тесно слилось с теорий (еще Малевич написал пять томов).

Илья Кабаков «Пропущенная К. Малевичем супрема "Черный угол"»

Сложно понять искусство, которое само себя как искусство может отрицать, ненавидеть, само над собой смеяться, отказываясь от каких-либо критериев, которое может быть заряжено разрушающей энергией (противореча самой сути творчества как акта созидающего!), может экспериментировать с любой материей, движением… Таблички также оказываются вовлеченными в эксперимент. Есть художники, для которых комментарий стал частью искусства. К примеру, у одного из представителей московского концептуализма, направления, тесно связанного с работой словом, Ильи Кабакова, большинство работ строится на диссонирующих с изображением комментариях.

Однако, несмотря на различные интеллектуальные манипуляции нашим зрительским восприятием, всегда есть возможность обратить внимание на степень честности (искренности) автора и его произведения — обычно это именно то, что задевает на выставках еще до прочтения комментариев. Это, скорее, будет свойственно работам, направленным к человеку, а не изучающим отвлеченные абстрактные идеи или материи.

Благодаря кураторским или авторским текстам, король всегда в одежде, актуальность которой диктует время и эксперимент. Поэтому королю не чуждо ни платье придворной дамы, ни наряд шута, ни облачение священника. Конечно, мир свихнулся и уже давно. Современное искусство для него — это большая игра (в том числе и духовными ценностями). Готовы играть? — Читайте таблички!

Pallasetlecentaure1

Паллада и Кентавр

Картину принято трактовать как аллегорию нравственного характера: усмирение животной сущности человека, олицетворением которой является Кентавр, обуздание его страстей силой духа и разума, воплощенных в Палладе. Также историки пытаются найти в картине аллюзии на современную Боттичелли политику, но ничего, кроме символов Медичи, изображенных на одеянии Паллады, распознать пока не могут. Continue reading Паллада и Кентавр